Капитан Врунгель – мастер ТРИЗ

 

Может быть некоторых удивит название данной статьи. И верно, впервые читатели узнали о капитане Врунгеле в 1937 году, а работа над ТРИЗ была начата Г. С. Альтшуллером  и его коллегами только в 1946. Нет ли здесь противоречия? Противоречия нет, ведь первопроходцы ТРИЗ открыли и систематизировали опыт своих предшественников: великих изобретателей, инженеров, конструкторов, ученых. Мне доподлинно не известно, изучался ли  основоположниками ТРИЗ арсенал приемов капитана Врунгеля, но анализ данного художественного произведения позволяет  утверждать,  что Христофор Бонифатьевич многое из того, что сейчас входит в инструментарий ТРИЗ знал, и более того, творчески и успешно применял. Да им не был проведен анализ и систематизация приемов и методов. Но эти приемы были частью его практических умений. Об этом говорит то, что в книге зачастую один и тот же прием применяется неоднократно, причем в самых различных ситуациях.

Итак, что служит   доказательством выдвинутого предположения. 

 

 

Первое: Умение использовать вещественно-полевые ресурсы (ВПР).

Большой практический опыт автономных плаваний выработал у Христофора Бонифатьевича  такие качества как находчивость, оптимизм, изобретательность. Как настоящий капитан он умело использовал все имеющиеся в его распоряжении ресурсы. И внешние (и попутные течения, и штиль, и ветер, даже если он встречный) и внутренние (то, что входит в состав снаряжения яхты, оснастку, груз и т.д.). Любой предмет при творческом подходе может стать решением проблемы. Вспомните участие «Беды» в соревновании яхт. (Здесь и далее приводятся выдержки из книги «Приключения капитана Врунгеля»  Андрея Сергеевича Некрасова).


Почти всю дистанцию так и прошел лидером. Но у самого финиша мы сплоховали: не рассчитали немножко, зашли под бережок, попали в полосу безветрия, заштилели. Паруса обвисли, болтаются, некрасиво так, хоть ноздрей поддувай. Лом мачту скребет, зазывает ветер. Фукс свистит с той же целью, но это все, знаете, предрассудки, ерунда. Не верю я в это. А «Беда» стоит, конкуренты подпирают, и впереди — мистер Болдуин на своей посудине.

Мистер Денди посмотрел за корму и загрустил: выругался, сорвал крышку с ящика, извлек бутылку — и хлоп в донышко!

Пробка вылетела, как из пушки. При этом «Беда» получила такой толчок, что заметно продвинулась вперед.

А я, даром что был расстроен, учел это и сделал должные выводы. Пока мистер Денди заливал свое горе, я вспомнил старую нашу пословицу. Знаете, говорят: «Нет плохих судов, нет плохих ветров, есть плохие капитаны».

Но меня-то уж никак нельзя причислить к этому последнему разряду. Не хвастаясь, скажу — я капитан хороший. Эх, думаю, была не была. Объяснил задачу, дал команду…

Мы все трое встали на корме и одну за другой принялись вышибать пробки.

Тут и мистер Денди несколько оживился. Достал из кармана платочек, принялся командовать. И, знаете, с командой пошло еще лучше.
— Кормовая башня, огонь! — кричит он.

Три пробки залпом вылетают с громоподобным звуком, падают в море подбитые чайки, содовая льется, вода за кормой кипит. Мистер Денди машет платком все чаще, все громче кричит:
— Кормовая, огонь! Огонь!

Прямо Трафальгарская битва. Куда там…

А «Беда» между тем движется вперед по ракетному принципу, набирает ход.

Вот уже и мысок позади, паруса взяли ветер, снасти обтянулись, зазвенели.

И вот мы вновь отвоевываем ускользнувшую было победу, одного за другим обходим всех конкурентов. На берегу болельщики волнуются, кричат. Вот один Болдуин впереди… Вот сравнялись, обошли на полноса, на корпус… Тут оркестр на берегу ударил туш, мистер Денди улыбнулся, скомандовал:
— Кормовая башня, салют!

На другой день только и разговоров было, что о нашей победе.


Приведем еще  примеры умелого использования ресурсов капитаном Врунгелем:

Пример 1. .Вспомните, как  умелое использование бинокля помогло вылечить страх высоты у Лома. 

ПРИМЕР 2. Знание морского права, наблюдательность и элементарные технические знания позволили «перевести» белок в разряд «ходовых машин». 

ПРИМЕР 3. Линза сделанная изо льда позволила вскипятить чай среди арктической пустыни.   

ПРИМЕР 4. Использование   пальмы как мачты, а также как  источника витаминов и каллорий, и защиту от солнца.

Нет на море мелочей. Дисциплина и порядок это тоже ресурс. И авторитет капитана и знания каждого члена экипажа. И даже такие вещи, которые вроде большого значения не имеют.

Капитан Врунгель как человек опытный очень хорошо понимал, что слово – это тоже ресурс.

Настоящий капитан должен не только уметь управлять кораблем, но и уметь управлять словом. Иногда надо подбодрить экипаж, иногда  надо успокоить. И историю надо уметь рассказать, и анекдот. 

Вот например. капитан Врунгель придавал большое значение выбору имени судна. Вот, что он говорил об этом в книге.


Вы, может быть, думаете, что название  роли  не  играет?  Ошибаетесь, молодой человек! Имя для корабля - то же, что  фамилия  для  человека.  Да вот, недалеко ходить за  примером:  Врунгель,  скажем,  звучная,  красивая фамилия. А будь я какой-нибудь Забодай-Бодайло, или вот ученик у меня  был - Суслик... Разве я мог бы рассчитывать на то уважение и  доверие, которым пользуюсь сейчас? Вы только представьте себе:  капитан  дальнего  плавания  Суслик... Смешно-с!

Вот так же и судно. Назовите судно "Геркулес" или "Богатырь" -  перед ним льды расступятся сами, а попробуйте назовите свое судно "Корыто" – оно и плавать будет, как корыто,  и  непременно  перевернется  где-нибудь  при  самой тихой погоде.

Вот поэтому я перебрал и взвесил десятки имен, прежде  чем  остановил  свой выбор на том, которое должна была носить моя красавица яхта. Я назвал яхту "Победа". Вот славное имя для славного корабля! Вот имя,  которое  не стыдно пронести по всем океанам!  Я  заказал  медные  литые  буквы  и  сам укрепил их на срезе кормы. Начищенные до  блеска,  они  огнем  горели.  За полмили можно было прочесть: "Победа".


Вы наверно согласитесь, что важно тщательно подбирать имя (название) не только для корабля, но и для самолета, организации, спортивной команды. Красивое название делает этот объект  более привлекательным и на самом деле является серьезным ресурсом способным облегчить дело.

Сейчас в маркетинге появилось  такое понятие как «нейминг» – это совокупность работ, направленных на создание запоминающихся, звучных и точных названий для товаров, проектов и предприятий. И как вытекает из вышеизложенного капитан Врунгель и понимал важность правильно подобранного имени, и был мастером «нейминга».
 Но …

…но сам капитан Врунгель доказал,  что самое главное все-таки это не название корабля, а люди которые на нем служат. Вы помните, что в результате досадного происшествия судно потеряло две буквы и из «ПОБЕДЫ» превратилось в «БЕДУ». Но от этого приключения не стали  менее интересными, а  подвиги не менее славными.

Как говорил адмирал Макаров: «Сражаются не корабли, а люди».

Паруса управляются при помощи натяжения и ослабления канатов. В двигателе крутящий момент передается при помощи ременных передач и шестеренок, а у людей взаимодействие осуществляется при помощи слов и предложений.  И если порвавшийся канат приводит к нештатной ситуации в управлении кораблем, то неверное использованное слово может привести к недопониманию, не выполнения поставленной задачи, и даже  конфликту. С другой стороны, понимание того, что наличие у слова разных значений тоже может стать ресурсом дано не каждому. (На уроках в школе такие слова называют омонимы). А вот Врунгель и в этом был мастер. И это еще раз подчеркивает и масштаб личности, и изысканность ума Христофора Бонифатьевича. Вспомним такой эпизод книги:


Прихожу к  начальнику  порта,  "команданте дель бахия" по-ихнему, подал бумаги.

И вот этот команданте, как увидел меня, сразу надулся,  как  жаба,  и принялся кричать:

- Ах, так  это  вы  капитан  "Беды"?  Стыдно,  молодой  человек!  Тут сплошные доносы на вас. Вот адмирал Кусаки жалуется:  какой-то  остров  вы там разрушили,  кашалота обидели...  И  губернатор  сообщает:  самовольно покинули порт Пара...

- Нет, - говорит, - не позволю. Ничего не позволю. Одни  неприятности из-за вас... Убирайтесь вон!.. - Потом как гаркнет: - Лейтенант! Загрузить яхту "Беду" песком вплоть до полного потопления!
Ну, я ушел.  Заторопился  на  судно.  Прихожу.  А  там  уже  и  песок привезли, и какой-то чиновник крутится, распоряжается.

- Это вашу яхту приказано загрузить песком? Так вы, - говорит,  -  не беспокойтесь, я не задержу, в одну минутку сделаем...

Ну, признаться, я думал, что тут-то наверняка  конец.  Потонет  яхта, потом доставай. Но, представьте, и тут сумел использовать обстоятельства в благоприятном смысле.

- Стойте, молодой человек! -  кричу  я.  -  Вы  каким  песком  хотите грузить? Ведь мне надо сахарным, первый сорт. Ну что  ж,  пожалуйста,  сию минутку.
И, знаете, те же негры побежали, как муравьи, загрузили яхту,  забили трюм, надстройки, на палубу навалили сахар, прямо в мешках.

"Беда"   моя,   бедняжка,   садится   глубже,   глубже,    потом    - буль-буль-буль... И  глядим  -  только  мачты  торчат.  А  потом  и  мачты скрылись.

Лом с Фуксом в горе глядят на гибель родного судна, у обоих слезы  на глазах, а я, напротив, в отличном настроении. Приказал разбить лагерь  тут на берегу. Пожили мы три дня, а на четвертый сахар растаял, смотрим – яхта  наша всплывает не торопясь. Ну, мы ее почистили, помыли, подняли паруса  и пошли.


Итак, приведенные выше примеры, на мой взгляд, убедительно доказывают, что капитан Врунгель был мастером находить ресурсы необходимые для решения стоящих перед ним проблем.

 

Второе: Прием  «обратить вред в пользу»

Настоящий капитан даже в самой критической  ситуации,  не должен впадать в отчаяние.  Напротив, он должен уметь обращать в свою пользу любые, даже самые неблагоприятные, обстоятельства. Потому, что капитан это такой человек, от которого зависит не только его жизнь, но и судьба самого судна, а также  жизни и здоровье членов экипажа. А  иногда даже и  жизни людей посторонних.

Надо сказать, что капитан Врунгель  подобным умением обладал в полной мере. Вспомните,  как находчивость капитана Врунгеля помогла спасти норвежских моряков. 


Чудесная это штука - радио. Нажмешь кнопку, повернешь  рукоятку  -  и на-ка, все к твоим услугам: музыка, погода на завтра,  последние  новости….

Ну, я решил прилечь, отдохнуть.  Совсем  было  снял  наушники,  вдруг слышу: никак, SOS? Прислушался: "Т-Т-Т... Та,  Та,  Та,  Т-Т-Т..."  Так  и есть: сигнал бедствия. Судно гибнет, и  здесь  где-то,  близко.  Я  замер, ловлю каждый звук, хочу узнать поподробнее: где? что? В это время накатила волна, да так поддала "Беду", что она, бедняжка,  совсем  легла  на  борт. Белки взвыли. Но это бы еще ничего. Тут гораздо хуже получилось: приемник прыг со стола, сорвался, знаете, хлоп о переборку и разлетелся в куски.  И вижу: не соберешь. Передачу, конечно, как ножом отрезало. И такое  тяжелое чувство: рядом кто-то терпит бедствие, а где, кто - неизвестно.

Надо идти выручать, а куда идти - кто  его  знает?  И  зуб  еще  хуже разболелся.

И вот представьте: он-то меня и выручил! Я недолго думая хватаю конец антенны - и прямо в зуб, в дупло. Боль адская, искры из  глаз  посыпались, но зато  прием  опять  наладился.  Музыки,  правда,  не  слышно,  да  мне, признаться, тут музыка и ни к чему. Какая там музыка! А морзе зато – лучше не придумаешь: точка - кольнет незаметно, как  булавочкой,  а  уж  тире  - точно кто шуруп туда закручивает. И никакого усилителя не нужно, и никакой настройки  -  больной  зуб  с  дуплом  и   без   того   обладает   высокой чувствительностью. Терпеть трудно, конечно,  но  что  поделаешь:  в  таком положении приходится жертвовать собой.

И, поверите ли, так всю передачу до конца на зуб и принял.


Вот так капитан Врунгель при помощи больного зуба и находчивости смог определить местоположение гибели судна, выйти в район бедствия и спасти норвежских рыбаков. Спас 16 человек во главе с капитаном.

Такие же качества он развивал и у своих подчиненных. Это важно, чтобы в экипаже были люди ответственные и трудолюбивые. Но в условиях автономного кругосветного путешествия  просто необходимо, чтобы каждый матрос был инициативен и находчив.

Помните, как Христофор Бонифатьевич с Фуксом готовились к перелету из Австралии в Южную Америку. Они тогда  попали на этот южный континент после кораблекрушения,  и поэтому у них не было даже верхней одежды. Но они дали концерты на гавайских гитарах, сумели заработать деньги и  сделали  заказ местному портному.  И вот в день вылета…:


…побежали к портному, а он, негодяй, запил, что ли,  но  только  ничего  не сшил.

Я,  знаете,  возвысил  голос,  отчитываю  его,  а  он  только  руками разводит.

- Помилуйте, - говорит, - я же вас вчера ждал, вчера бы и  приходили, а сегодня у меня ничего не готово.
Я вижу - проку не будет с такой логикой.

- Давайте, - заявляю, - что есть. Не в трусах же мне лететь, в  самом деле!
Ну, он порылся в шкафу, достает макинтош.

- Вот, - говорит, - только и осталось из готового.  Это  мне  прошлый год один джентльмен заказал, да что-то не берет.

Я посмотрел - материал добротный и покрой модный.

- Ладно, - говорю, - я беру, получайте,  сколько  следует.  -  Забрал макинтош и пошел.

- Вы бы, - советует Фукс, - его все-таки примерили. А то вдруг  не  в пору.

Ну, я вижу, дельный совет. Встал тут же  в  тени  баньяна,  развернул обновку, накинул. Смотрю,  понимаете,  новое  несчастье:  тот  джентльмен, заказчик, или был вдвое выше меня, или на рост шил, уж и не  знаю.  Только на мне его макинтош несколько странно сидит.

И делать нечего. Назад нести - все равно ничего не  подберешь,  снизу отрезать - уж очень некрасиво получится, в  самолет  в  таком  виде,  чего доброго, не пустят, а так  носить  -  это  и  шагу  не  ступишь,  в  полах запутаешься. Но придумывать  что-то  нужно,  да  поскорее,  а  то  самолет улетит, билет пропадет, и вовсе здесь застрянешь.
И тут, знаете. Фукс, молодец, не растерялся.

- О, - говорит, - да ведь это же замечательно! Мы в этом макинтоше по одному билету вдвоем улетим.  Только  разрешите,  присядьте  немножечко...

Так... Подставьте плечи...

Ну,  и,  знаете,  взгромоздился  на  меня,  напялил  это   пальтишко, застегнул на все пуговицы, одернул.


Вот так находчивость Фукса и «умение обратить вред в пользу» помогли нашим героям совершить авиа-перелет по одному билету. Ради справедливости нужно напомнить, что второй билет они просто не смогли купить. В кассах билетов не было.

Умение «обращать вред в пользу» пригодиться не только в кругосветном плавании, а любому человеку в его повседневной жизни и работе.

 

 

Третье: Принцип «посредника»

Приезжаете Вы в  страну языка которой Вы не знаете и что Вы будете делать? Вы нанимаете переводчика, и он становиться посредником между Вами и туземцами. Нужно Вам снять с плиты сковороду у которой ручка металлическая, что Вы делаете? Берете в руку, например, полотенце (посредника – потому, что посередине) и теперь ожога не будет. А если железный предмет куда-то завалился и достать его не получается, тоже поможет посредник – магнит. 

Капитан Врунгель конечно же знал этот прием. Вот посмотрите, как он его использовал при решении возникшей проблемы.


А к вечеру возвращается Лом и приводит с собой матроса. Я смотрю – на вид парень ничего…., а мне еще Лом на ушко шепнул,  что  Фукс  этот  - клад, а не матрос: прекрасно разбирается в картах.

Тут уж я совсем успокоился: раз в картах разбирается - значит, моряк…

Словом,  я  согласился.  Записал  Фукса  в  судовую  роль,   объяснил обязанности, приказал Лому отвести ему место в трюме.  Ну,  потом подняли паруса, развернулись и пошли дальше.

Я высвистал  всех  наверх.  Лома  поставил  пасти  селедок,  сам  встал  у штурвала, набрал ходу и скомандовал:

- Фукс, - кричу, - набивайте грот!
Он встрепенулся, посмотрел этак  растерянно  -  и  давай  все  подряд запихивать в кубрик: спасательные круги, запасной трос,  фонари.  Поворот, конечно, не вышел, прозевали...

- Отставить! - кричу я….

- Эй вы. Фукс, - говорю я, - какой же вы, к черту, матрос?

- А я, - ответил он, - не матрос, я  сейчас  просто  так  застрял  на мели, а друзья мне посоветовали климат переменить...

- Позвольте, - перебил я, - а как же мне Лом говорил, что вы в картах умеете разбираться?

-  О,  это  сколько  угодно,  -  отвечает  он.  -  Карты  -  это  моя специальность, карты - это мой  хлеб,  только  не  морские,  а,  простите, игральные карты. Я, если хотите знать, я карточный шулер по профессии.

Я так и сел…

Но тут мне пришла блестящая мысль. Я, знаете, люблю иногда  разложить пасьянс на досуге, и у меня нашлась на судне колода карт. Так я на  каждую снасть привязал поскорее по карте, привел яхту к ветру и повторил маневр.

- К повороту приготовиться! Развязать тройку  пик,  подтянуть  валета червей, смотать десятку треф...

И, знаете, поворот удался на славу, и этот Фукс действительно  так  в картах разбирался, что в темноте другой раз и то масти не путал.

Вот так и пошли дальше.


В данном примере карты стали тем посредником, который в короткий срок помог Фуксу освоить «морскую азбуку»

 

 

Четвертое: Прием «наоборот»

Капитан Врунгель  прожил долгую жизнь  и ему было чем гордиться. Все признают его достижения в кораблевождении и навигации. Но как говорят -  человек талантливый,  талантлив во всем.

Вспомните как  Христофор Бонифатьевич  изобрел особый, дотоле неизвестный метод преподавания английского языка. С Ломом работали  два  преподавателя, при  этом один обучал с начала, с азбуки, а другой с конца учебника. Через три недели оба преподавателя доучили  до середины, и, доложили, что задача  выполнена.

Врунгель  придумал метод обучать «наоборот»! А соединение двух методов «классического» и «наоборот» позволило достигнуть невероятной эффективности.

А вспомните способ доставки селедки. Вот  как об этом написано в книге.


… Я углубился в изучение этого вопроса, и тут мне совершенно неожиданно удалось сделать одно важное открытие, которое  коренным  образом  изменило первоначальный план моего похода. После  ряда  наблюдений  я  установил  с исключительной точностью, что каждая селедка - рыба, но не каждая  рыба  - селедка.

А ведь это что значит?
Это значит, что незачем тратить огромные средства,  незачем  набивать селедок  в  бочки,  грузить  на  корабли  и  выгружать  снова,   где   это понадобится. Не проще ли согнать селедок в табун или в стадо - как  хотите назовите - и гнать живьем до места назначения?

Раз каждая селедка - рыба, значит, утонуть она не может.  Ведь  рыбам свойственно плавать, не так ли? А с другой стороны, если  прибьется  какая посторонняя рыбина, так ведь не каждая рыба - селедка. Ее, значит,  ничего не стоит обнаружить, отличить, отогнать, уничтожить, наконец.

И там, где при старом способе перевозки нужен был  огромный  грузовой пароход с большой командой, со сложными  механизмами,  при  новой  системе может справиться любое суденышко не больше моей "Беды".


Надо сказать, что эта затея удалась на славу. Табун селедок доставили в Египет. И несмотря, на то, что часть селедок по пути потерялась, контракт был выполнен. Оставшиеся селедки существенно прибавили в весе и значительно улучшили свои вкусовые качества. И это не удивительно, ведь  они не «кисли в трюме», а под   присмотром совершили  морскую прогулку. А там знаете движение, хорошее питание, морской воздух… вообщем, по-другому и быть не могло.

Или вот давайте вспомним сухопутную часть путешествия экипажа «Беды».


Нарты мне попались прочные, красивые, удобные. Лом  несколько  меньше преуспел. Привел пятнистого оленя средней упитанности. Тут его специалисты осмотрели, освидетельствовали и дали характеристику: по рогам, мол,  олень первого класса, а по ногам ниже среднего - копыта узки.

Ну, мы решили попробовать. Запрягли. Не везет  олень.  По  снегу  еще кое-как, а на реку, на лед вышли - наш олень шагу ступить не  может.  Ноги так и разъезжаются.

Я вижу - надо бы подковать его, да подков нет.

И тут, знаете, пригодилась кормовая доска. Недаром я ее, значит, вез. Отвинтили мы от нее медные буквы  и  теми  же  шурупами  кое-как  оленю  к копытам приспособили. И помогло, знаете, но плохо. Правда, дрейф  у  оленя стал поменьше, а хода все равно не прибавилось. Ленивая скотина попалась!

Тут Фукс пришел со своей покупкой. Привел эдакую небольшую собачку  с острой мордочкой. По аттестату собачка - призовой вожак, передовой. Ну, мы ее и решили запрягать по специальности, впередсмотрящим, так сказать.

Но это легко сказать. С оленем-то мы справились сразу:  напялили  ему вместо хомута спасательный круг (тоже и круг  пригодился,  как  видите;  в хорошем хозяйстве все  в  дело  пойдет).  А  собака,  знаете,  не  дается, кусается, скалит зубы. Подика запряги такую!

Ну, кое-как все-таки обратали. Соорудили ей дугу,  ввели  насильно  в оглобли, отпустили...

Ну, доложу я вам, и  началось  представление!  Олень  бьет  копытами, потрясает рогами, собака воет, и  животные,  представьте,  довольно  резво пятятся задом.

Я уже хотел так, задним ходом, и отправляться, но для опыта решил  их местами  поменять.  Хоть  и  говорится,  что  от  перестановки   слагаемых  результат не меняется, но это, знаете, в  алгебре,  а  тут  совсем  другое дело.


Тут результат превзошел все ожидания.  Нарты неслись с удивительной скоростью. В ушах свистело, селения мелькали. И только потом когда они провалились в полынью, стала понятна причина такого «чуда». «Собака» оказалась волком, а «олень» - коровой.

Итак, «прием «наоборот», а для любителей иностранных слов принцип «инверсии». Иногда когда проблема не решается нужно поступить противоположным способом.

Вот,  например, все знают,  что корпус корабля разделен на водонепроницаемые отсеки. Поэтому при получении пробоины и попадании большого количества  воды в трюм, рекомендуется при определенных условиях  не откачивать воду, а  затопить противоположный отсек. В таком случае удается избежать опрокидывания корабля.

Но с этим приемом надо быть осторожным. Есть такие люди которые все делают наоборот. Им говорят: родителям надо помогать, а они не хотят, им говорят маленьких надо защищать, а они обижают, говорят учиться надо хорошо, а они двойки получают.  Это не применение метода, это не находчивость, а плохое воспитание.

Прием «наоборот» очень сильный, но применять его могут только опытные специалисты и ответственные люди.

 

 

Пятое: Прием - копирование

Конечно же Христофор Бонифатьевич мастерски владел и этим приемом. И вот доказательство.  


Но тут, в Гибралтаре, попали в историю. Идем не спеша, гоним селедок, любуемся видами неприступных гор. С английской стороны крепости, как полагается, нас запросили:

— Уот шип? Что за корабль?

Ну, я ответил:
— Яхта «Беда», капитан Врунгель.

Продвигаюсь дальше, и тут на пороге Средиземного моря началось: что-то свистнуло, ухнуло. Я вижу — в парусе дырка в полметра, кругом огонь, вода с грохотом вздымается в небо, а справа, наперерез нам, несется эскадра.
Ну, я сразу понял: пираты неизвестной национальности.

Вот, я вижу, вы улыбаетесь. А зря, молодой человек. Вы думаете, что только в старинных романах пираты остались? Ошибаетесь, дорогой. Пиратов и сейчас хватает на свете. Только в былые-то годы, лет двести назад, пираты, когда на дело шли, свой флаг поднимали. А в наши дни флаги пиратские припрятали в сундуки, а приемы пиратские из всех сундуков повытащили. Вон почитайте газеты: там самолет угнали, там корабль захватили, заложников взяли, выкуп требуют. Ну, в то время до самолетов еще не добрались, а на море кое-где шкодили, а кое-где и бесчинствовали.
Словом, я вижу, положение трудное: бой принимать нельзя. При встрече с превосходными силами противника морская тактика рекомендует уйти с линии баталии.

А куда уйдешь? Ветер слабый, и парус с дырой, работает вполсилы…

Тут, знаете, выход один: применять военную хитрость.

— Закуривай, ребята! — крикнул я бодрым голосом и достал свой кисет.

Экипаж у меня некурящий, но тут, в напряженной обстановке боя, Лом и Фукс не посмели ослушаться — свернули козьи ножки и принялись дымить.

Я тоже раздул свое кадило, и, не прошло трех минут, дымовая завеса плотной стеной скрыла нас от глаз противника.
Согласитесь: ловко придумано! Но это еще не все.

Это, батенька, только начало.

Ну, скрылись — хорошо. Но ведь завесу-то нашу все равно сдует ветром. Что тогда делать? Я, знаете, подумал и решился.

— Паруса долой, экипажу укрыться в жилых помещениях! — скомандовал я.

Лом с Фуксом забрались в каюту, задраили все люки, наскоро, кое-как законопатили щели, а я собрал весь груз потяжелее, связал и на блоке поднял на мачту. Центр тяжести, понятно, переместился кверху, груз перевесил, судно потеряло устойчивость, завалилось на левый борт, и «Беда» опрокинулась кверху дном. Я, конечно, оказался в воде, но сейчас же вылез, лег на корме и жду.

Тут нашу завесу снесло, и пиратская эскадра в полном составе обнаружилась на расстоянии ста саженей.

Наступил, так сказать, решительный момент боя. «Ну, — думаю, — пан или пропал». Выставил над килем свою трубку, а сам гляжу одним глазом. И вот вижу: с флагманского судна эскадры нас заметили, семафорят открытым текстом:
«Метким огнем нашей артиллерии противник уничтожен. Приказываю отступить на исходные позиции, ибо в районе действий флота обнаружена бригада подводных лодок новейшей конструкции. Адмирал дон Канальо».


Вот как Врунгель замаскировал  «Беду» под подводную лодку.

Умение копировать окружающую среду прекрасно развито у братьев наших меньших. Они свои шкурки под цвет окружающей среды раскрашивают, а многое даже меняют в зависимости от сезона. Вспомните зайцев, белок, хамелеонов и т.д.

Военные всех стран изучают и используют маскировку. Гражданские параходы белые – красивые, а военные красят в грязно-серый цвет, чтобы их плохо было видно  на фоне моря и неба. Солдаты уже давно не щеголяют в ярких синих или красных мундирах, а носят камуфляж, чтобы быть не заметнее.

Конечно, суть этого приема не ограничивается одним умением маскироваться, но  рассказ об этом не входит в нашу задачу.

 

 

Шестое:  Прием  «Объединение»

Вот говорят:  «Одна голова хорошо, а две лучше».  И не только голова. Вот если у самолета два двигателя, а не один он и маневреннее и надежнее. Два замка у двери – труднее жуликам попасть.

Изобретательный человек должен помнить, что иногда бывает очень полезно объединять усилия, знания, ресурсы.
Капитан Врунгель и его помощник Фукс тоже это знали и с успехом применяли. Вспомнил боксерский поединок капитана Врунгеля с  мистером Денди…


Фукс тоже не растерялся, взял на себя роль судьи, отошел чуть в сторонку и во все горло крикнул:

— Секунданты, аут! Гонг!

Мистер Денди запрыгал, запыхтел, завертел кулаками. Похоже, как, знаете, мальчишки в паровоз играют. Ринулся на меня. Пришлось и мне поработать кулаками.

Я не люблю давать волю рукам, но тут бокс, благородная схватка,— я размахнулся… и едва успел задержать удар.
Вижу — скверная штука: при разности пропорций наших фигур я, куда бы ни метил, все равно попаду ниже пояса. А это, знаете, не по правилам. Он же, напротив, лупит воздух у меня над фуражкой. И тоже все впустую. Первый раунд так и окончился без результата.

Но решать бой все равно как-то нужно было, и тут нас выручил Фукс.

— Пожалуйста, капитан, — говорит он и подставляет плечи.

Я вскочил на него верхом и вижу — совсем другое дело. Я теперь на уровне противника, так сказать, и могу вступить в бой на законных основаниях. Фукс подо мной прыгает, рвется в бой. Ну, я вижу, пора действовать.

— Давайте, Фукс! — говорю.

Ему, видимо, было нелегко, но он бодро прохрипел:

— Гонг!

И мы начали снова…

Мистер Денди дрался блестяще. Я получил жестокий удар в переносицу, но тут вспомнил молодость, пришпорил Фукса, перешел в инфайтинг и нанес противнику сокрушительный оперкут.

Он замер на секунду, закрыл глаза, опустил руки по швам и вдруг рухнул, как мачта. Фукс достал у него из жилетного кармана часы и стал громко отсчитывать секунды. Минут через сорок мистер Денди очнулся. Потер скулу, удивленно посмотрел по сторонам, заметил нас с Фуксом, вскочил и стал приводить в порядок одежду.

Я вторично представился, извинился, объяснил причину недоразумения. Ну, и, знаете, помирились. Познакомились. Пожали друг другу руки, разговорились, подружились даже. Потом осмотрели его усадьбу, зашли домой, выпили по чашке чаю, посидели у камина и отправились ко мне на «Беду».


Или вот еще один эпизод, в  котором  находчивость Фукса позволила им сбежать из плена …


- Разве это макароны? - говорит он (Фукс). - Это же скверная  подделка.  Ай, господин сержант, у вас здесь такой благодатный климат, а вы всякую  дрянь едите  и  кукурузу  сеете!  Да  здесь  можно  такую  макаронную  плантацию развести, что на всю  Италию  хватит!  Вы  доложите  полковнику:  я,  если угодно, сделаю опытную посадочку.  У  меня  и  рассада  есть  -  на  судне осталась.     Я глаза вытаращил: до  чего  же  врет  парень!  А  Джулико  этот  уши развесил и действительно побежал докладывать. И что бы вы  думали:  отдали нас в распоряжение Фукса, отвели ему участок, принесли с "Беды"  макароны, кругом поставили караул. …

И вот, понимаете, раскопали мы не торопясь грядки.  Фукс  на  виду  у всех наломал макароны, посадил, поливает.

И представьте, через  три  дня  взошли!  Сперва  этакие,  знаете  ли,зеленые росточки, потом листочки...

И поверили итальянцы.  Да  и  я,  признаться,  поверил.  Убедительно. Растут ведь. Факт! И вот этот полковник спрашивает:

- Нельзя ли засеять все поле?

- Нет, почему  же,  можно,  пожалуйста,  -  говорит  Фукс,  -  только семенного материала маловато. А если ваши сеять, их надо спиртом поливать, иначе не взойдут.

- Ну что ж, мои молодцы польют, - говорит полковник и распорядился.

На другой день выкатили цистерну спирта, высыпали все  макароны,  что были, соорудили цепы, обмолотили, засеяли и  пошли  поливать.  Но  только, знаете, на поле немного попало, все  больше  в  рот  солдатам.  Вечером  и полковник прибыл, тоже пригубил, и такое пошло веселье  по  всему  лагерю: песни, шум, драки начались. А к ночи взошла луна, лагерь утих, только храп слышен по полю. А мы скорее на берег, на "Беду". Подняли паруса и пошли.

- Ну, - говорю, - Фукс, вам бы агрономом быть, а не матросом. Как это вы достигли такого совершенства? Ведь это чудо, чтобы макароны проросли.

- Никакого чуда,  Христофор  Бонифатьевич,  просто  ловкость  рук,  - отвечает Фукс. - У меня горсточка овса осталась в кармане, а с овсом не то что макароны - окурки и те взойдут.

Вот оно как. В общем, благополучно ускользнули. Ну, а на другой  день я обогнул мыс Гвардафуй и пошел прямо на юг.

 

 

Седьмое:  Вепольный анализ

Да, дорогие товарищи, и даже с вепольным анализом «дружил» Христофор Бонифатьевич. Вот доказательство:


Я проложил курс, сдал командование Лому, постоял еще минутку на палубе и пошел вниз, в каюту — вздремнуть часок-другой перед вахтой. Недаром у нас, у моряков, говорится: «Не выспаться всегда успеешь».

Спустился, выпил на сон грядущий рюмочку рому, лег на койку и заснул как убитый.

А через два часа, бодрый и свежий, поднимаюсь на палубу. Осмотрелся кругом, глянул вперед… и в глазах у меня потемнело.

На первый взгляд — ничего, конечно, особенного: то же море кругом, те же чайки, и Лом в полном порядке, держит штурвал, но впереди, прямо перед носом «Беды», — едва заметная, как серая ниточка, встает над горизонтом полоска берега.

А вы знаете, что это значит, когда берегу полагается быть слева за тридцать миль, а он у вас прямо по носу? Это полный скандал. Безобразие. Стыд и позор для вас! Я был потрясен, возмущен и напуган. Что делать? Поверите ли, я решил положить судно на обратный курс и с позором вернуться к причалу, пока не поздно. А то ведь с таким помощником плавать — так заедешь, что и не выберешься, особенно ночью.

Я уже собрался отдать соответствующую команду, уже и воздух в грудь набрал, чтобы повнушительнее это вышло, но тут, к счастью, все объяснилось. Лома выдал нос. Мой старший помощник все время сворачивал нос налево, жадно втягивал воздух и сам тянулся туда же.

Ну, тогда я все понял: в моей каюте, по левому борту, осталась незакупоренная бутылка прекрасного рому. А у Лома редкий нюх на спиртное, и, понятно, его тянуло к бутылке. Это бывает.

А раз так — значит, дело поправимое. В некотором роде частный случай практики кораблевождения. Бывают такие случаи, не предусмотренные наукой. Я не стал даже раздумывать, спустился в каюту и незаметно перенес бутылку на правый борт. Нос у Лома потянулся, как компас за магнитом, судно послушно покатилось туда же, а два часа спустя «Беда» легла на прежний курс. Тогда я поставил бутылку впереди, у мачты, и Лом больше не сбивался с курса. Он вел «Беду», как по ниточке…


Итак, на основании вышеизложенного возьму на себя смелость утверждать, что капитан Врунгель Христофор Бонифатьевич обладал не только изобретательностью, находчивостью, но и системно применял положения и приемы ТРИЗ. Причем не только применял сам, но и побуждал своих подчиненных. А поэтому его бесценный опыт должен подлежать  изучению, а его светлый образ уважению и почитанию. 

Спасибо за внимание.


В статье использованы иллюстрации выполненные Константином Павловичем Ротовым. Именно его иллюстрации украшали первое издание «Приключений капитана Врунгеля»

  • BK
    Вконтакте
  • BK
    Facebook